"Сидела за столом с семьёй и притворялась, что всё хорошо — а внутри уже рассчитывала, как избавиться от каждого съеденного кусочка. Никто не замечал. Или не хотел замечать. Я была одна в этом, хотя люди были рядом."

"Тренировалась до изнеможения, а потом плакала над тарелкой еды. Мне говорили: ты же сильная, ты же спортсменка. Но никто не видел, какой ценой мне давалась эта сила. Боль была каждый день — и в теле, и внутри."

"Я помню, как говорила маме, что поела у подруги, а на самом деле не ела уже двое суток. Мне казалось, что я контролирую ситуацию. На самом деле болезнь контролировала меня — каждую мысль, каждый шаг, каждый взгляд в зеркало."

"Я ненавидела каждую складку, каждый изгиб. Парень говорил, что я красивая — я не верила ни единому слову. Внутри была такая пустота, что страшно вспоминать."

"В общежитии прятала еду под кроватью, чтобы не съесть случайно лишнего. Подруги не понимали, думали — диета. А я уже не могла остановиться: ни поесть нормально, ни вообще думать о чём-то другом."

"Я помню, как ехала на работу и думала только об одном: что буду есть, что не буду, как потом это исправить. Дедлайны, коллеги, проекты — всё было фоном. Главным была эта изматывающая борьба с собой, которую никто вокруг не видел."

"Мужики не болеют расстройствами пищевого поведения — так мне казалось. Я молчал годами. Считал калории тайком, тренировался через боль, ненавидел себя в тишине. Это было невыносимо одиноко."

"Каждый приём пищи был пыткой. Съела — значит, слабая. Не съела — значит, победила. Я жила в этом замкнутом круге и не понимала, что выхода не найти в одиночку. Что просить о помощи — это не сдаться, а выжить."